«««Назад | Оглавление | Каталог библиотеки | Далее»»»

прочитаноне прочитано
Прочитано: 26%


         Думаю, понятно и то, что ранг руководителя определяет объем и доверительность поступающей к нему информации: чем выше, тем она разнообразнее и глубже. У меня, например, на чтение такого рода документов ежедневно уходило более двух часов. Зато я представлял себе всю совокупность происходивших в стране и мире процессов, что позволяло не только откликаться на злободневные события, но и прогнозировать общее развитие ситуации.
         Все положенные мне справочные материалы я просил присылать и в дни отпуска. Это представлялось важным по той причине, что их непрерывное "отслеживание" помогало лучше улавливать тенденции развития, давало мне возможность после отпуска сразу же, без раскачки, "врубиться" в дело. У меня, как у члена Политбюро, были помощники: Роман Михайлович Романов и Валерий Николаевич Шарков. Весьма образованные люди, с глубоким знанием жизни, прошедшие многие ступени партийной и экономической деятельности. Мы были и остались единомышленниками. И, наконец, не могу не сказать о таком важнейшем источнике фактов и непосредственных наблюдений, какими являются поездки по стране. Начиная с 1985 года я побывал почти в восьмидесяти командировках - это своего рода рекорд среди членов ПБ.
         Поездки по стране я считал очень важной частью своей работы, дающей возможность лично участвовать в реализации партийных решений, а также получать информацию о настроении людей, как говорится, из первых рук. Бывали такие периоды, когда обстоятельства задерживали в Москве дольше обычного, и я начинал тяготиться оторванностью от живой жизни. Ведь в столице настрой порою решительно отличается от умонастроений, царящих в других регионах страны. Скажу откровенно, после каждой поездки, после встреч с людьми на местах я возвращался в Москву словно обновленный, с зарядом бодрости. Хотя темп командировок всегда был высоким, хотя и физической усталости хватало, но в поездках по стране я как бы отдыхал душой, после них чувствовал себя более уверенным в политике. Вот что, помимо прочего, означали для меня поездки по стране.

* * *


         Вспоминаю об этом неспроста. Примерно со второй половины 1987 года постепенно начали вырисовываться мои разногласия с некоторыми членами высшего политического руководства. Порой они носили частный характер, иногда затрагивали вопросы принципиальные. Но все больше и больше касались оценки текущих и завтрашних социально-экономических процессов. Не вдаваясь сейчас в суть этих разногласий, скажу, что, на мой взгляд, они нередко возникали из-за неполноты представлений о происходящем в стране. Некоторые члены Политбюро досконально изучали "свою" информацию - по вопросам, непосредственно входившим в. круг их обязанностей, а остальную проглядывали лишь мельком. Это чувствовалось на заседаниях Политбюро и Секретариата.
         В частности, Яковлев, занимавшийся сначала идеологией, а затем международной политикой, явно "плавал" при обсуждении крупных хозяйственных дел. Известно, что на заводах, на стройках и в селе - там, где вершится реальная экономика, - он практически не бывал, не знал, как преломляются в жизни хозяйственные новшества, да и не стремился познать. Зато при выработке главных направлений экономической политики Яковлев был чрезвычайно активен. Но из-за явно недостаточного внимания к реальным процессам, протекающим в конкретной экономике, его суждения нередко страдали кабинетной умозрительностью и радикализмом.
         В данном случае я делаю особый акцент на слове "радикализм", ибо - при верно выбранной стратегии - именно оно определило, по моему глубокому убеждению, трагически неверную тактику экономических нововведений. Но об этом - позже.

«««Назад | Оглавление | Каталог библиотеки | Далее»»»



 
Яндекс цитирования Locations of visitors to this page Rambler's Top100